Невеста горного лорда  - Альмира Рай

Я выглянула из-за плеча мужа и увидела, как трактирщик протягивает Вардару ключ. Правда, заметив меня, он опять застыл. Вырвав ключ из его руки, Вард сказал скупое «спасибо» и повел меня вглубь коридора, где имелось множество дверей.

– И ужин в комнату! – потребовал он, не оборачиваясь.

А я вот обернулась. Послала доброму трактирщику улыбку и благословенный воздушный поцелуй. Жрецы сказали, он приносит удачу. Но рыжик почему-то упал. Прямо там, на ровном месте.

***

Комната трактирщика оказалась ужасной. Нет, не так. Просто отвратительной! Во-первых, почему на окне решетки? Во-вторых, почему такой запах, будто бы кто-то помер, причем давно? В-третьих, где купальня? Как мыться-то? У нас в горе водопад из святой воды был. И горячий источник там же. А здесь я только маленький тазик заметила и кувшин с ликом Асиль. Бедная матушка, и в таком месте!

Пока я с ужасом осматривала убогую и, самое неприятное, грязную обстановку, Вардар прошествовал к кровати, сбросил сапоги, снял пояс с мечом и со стоном повалился на убогое ложе. Я искренне удивилась, что оно от такого приключения устояло.

– Не стой там, – устало проговорил он и приподнял голову, чтобы кивнуть на протертое до дыр кресло. – Присядь.

Обилие всего серо-грязно-коричневого ужасно угнетало. Я-то привыкла к полному отсутствию ненужных вещей. А если они и были, то только нежно-голубых, реже насыщенных бирюзовых или белых цветов. Так уж в Святой горе заведено. Даже бумагу фолиантов и то магически подкрашивали.

Приметив у ног мужа серое покрывало, я подошла, аккуратно его взяла и устелила кресло. Вот теперь можно и садиться. С тяжким вздохом развязала шнуровки накидки, позволила мягкому меху спуститься по моему телу к ногам, перешагнула все это добро и наконец расслабленно села. Неудобно. А вот если ногу на ногу положить, то лучше. Нет. Еще бы ноги поменять местами, тогда будет самое то. Да!

Удовлетворенно выдохнула и посмотрела на муженька.

Неужели! И он, наконец, должное почтение решил выказать? У меня даже брови сами собой поползли вверх. Но недолгим было счастье. Вардар насупился, откинулся на подушку и опять заворчал:

– Ненавижу это платье.

Между прочим, я тоже! Но ужин еще не принесли, так что говорить об этом я не стала.

Спустя пару минут в нашу комнату все же постучали. Вардар тут же подорвался, схватил меч и пошел открывать. На пороге стояла молоденькая пухленькая девушка, и тоже рыженькая. Видимо, сестра трактирщика. Милое создание. Благословила бы ее, но пока она держала поднос с едой для Вардара, решила не рисковать.

– Войди, – отдал грозный приказ лорд. Девушка даже вздрогнула. Она переводила пугливый взгляд с Варда на меня и вообще очень уважительно к нам относилась. А он орать…

Пришлось спасать рыжика. Послав ей улыбку, поманила к себе. Шея и щеки девушки покрылись красными пятнами, и она скромно потупила взгляд. Как я ее понимала.

– Дивного вечера, милорд, – пробормотала она и мышкой прошмыгнула мимо моего дикаря. – Лучшие блюда для вас.

Она поставила поднос на тумбу подле кровати и поклонилась, смотря исключительно в пол.

– Будь добра, принеси теплой воды и целительной мази для моей жены, – прозвучало вовсе не как просьба.

Милое создание перевело взгляд на мои ноги и охнуло.

– Конечно, милорд. Сию секунду!

Ее буквально ветром сдуло. А мое кресло вдруг начало двигаться с жутким грохотом – это Вард меня к самой кровати подтащил. Потом поставил между нами тумбу с подносом, а сам устроился напротив. Открыл железный колпак, вдохнул аромат жареного мяса, овощей и хлеба. Мне из всего представленного можно было есть только последнее.

– Приятного аппетита, – произнес муж и наколол на вилку кусок мяса. А я с обреченным видом взяла булку. Откусила кусочек, взгляд случайно скользнул по лику матери, и…

– Матушка! – вскрикнула я. Хорошо, что муж мясо уже в рот положил, даже проглотил, так что формально я и говорить могла.

– Что случилось? – спросил Вардар безмятежно и продолжил поглощать еду.

– Я же второй день богине не молилась.

Муж-варвар удивленно меня осмотрел.

– А ты каждый день молишься?

– Конечно! Жрецы говорят, что я…

– Ты видишь здесь хоть одного святого? – перебил меня новым вопросом совершенно непонятливый муж.

На всякий случай оглянулась назад и снова посмотрела на него. Покачала головой. А спустя мгновение опомнилась:

– Ну, только я.

Вардар даже немножко улыбнулся.

– Вот именно. Значит, пора тебе учиться жить по новым правилам. Я не молюсь каждый вечер Асиль.

Я в ужасе охнула. Но этот варвар и не думал меня щадить.

– Посты также не соблюдаю, – добавил он и, наколов на вилку мясо, протянул мне.

– Никогда? – уточнила я, а Вардар покачал головой.

– Но хоть лик Асиль в твоем замке есть?

Вместо ответа он просто взял и всунул мне мясо в рот. Что с него взять? Как есть дикарь.

Хотя, должна признаться, такого вкусного мяса я в жизни не ела. Мне его жрецы вообще редко предлагали. Пост ведь только мне соблюдать надобно, а они, по их же словам, и так в почете у богини.

Само собой вышло, что я незаметно съела больше Вардара. Очень вовремя вернулась рыженькая с ведром воды в одной руке и стопкой отпаренного белья во второй. Не поднимая головы, она поставила таз подле кресла, налила туда теплой воды и принялась менять постельное белье.

Опустив ноги в теплую воду, я наблюдала за ее действиями с большим интересом. Даже Вардар подозрительно притих.

Закончив с простынями, девушка достала из передника небольшую стеклянную баночку с прозрачной мазью и поставила ее на тумбу.

– Живительная мазь, милорд. Желаете, чтобы я ее нанесла?

– Нет, – тут же отрезал он. – Ты свободна.

И опять никакой благодарности за труды милой девушки.

– Стой! – произнесла я, когда она направилась к двери. Девица застыла и медленно обернулась, во все глаза глядя на меня. – Как тебя зовут?

Она что-то невнятно промямлила, кашлянула, потупила взор и громче произнесла:

– Дафна, священное дитя.

– Благослови тебя Асиль, Дафна, – произнесла я. Девушка, к слову, оказалась сильнее брата – не упала. А ведь мое благословение сродни заклинанию пожизненной удачи.

Рыжик пискнула, как мышка, подняла на меня все те же изумленные глаза и, заикаясь, произнесла:

– С-спасибо, священное дитя.

– Иди уже, – буркнул Вардар. Он подпер голову рукой и наблюдал за нами с отрешенной усталостью. Вообще, видно было, измотался муж мой. Я даже прищурилась, прикидывая, не удумал ли он от супружеского долга увильнуть. Печать-то сама не снимется.